Вечер советской сатиры Александра Филиппенко

Александр Филлипенко в Филармонии Тольятти

 

В субботу вечером в Филармонии Тольятти «давали Филиппенко». На этот псевдо «высокий штиль» провоцирует тема моноспектакля Александра Георгиевича — «Вечер советской сатиры». На самом деле, это конечно же, Филиппенко «давал жизни», устроил тольяттинцам настоящий «сеанс» (читатели Довлатова — поймут).


Александр Филипенко в Филармонии Тольятти

 

Он буквально ворвался на сцену. Даже не на сцену, а словно в сам зрительный зал, в котором предусмотрительно не погасили свет. И своей стремительной походкой, по-клоунски преувеличенной жестикуляцией заполнил весь зал до краёв, эмоциональным напором преодолевая шквал аплодисментов. И так — два полных отделения.

Филиппенко внимательно вглядывался в зал. Читая старые строки, произведения давно мёртвых писателей, умерших еще в прошлой жизни… Он вместе с нами ужасался услышанному, понятому, узнанному. Очень часто сатира советских времён слишком похожа на наши дни.

Времена идут — люди неизменны. Их страсти, пороки, страхи… Они смешны и ужасны одновременно.

Александр Филиппенко в Филармонии Тольятти

 

Александр Филиппенко в Филармонии Тольятти

 


 

 


Во втором отделении спектакля Александр Филиппенко вышел в темном костюме. И если в начале вечера было в основном смешно, то сейчас стало по-настоящему страшно. Шуты и комедианты во все времена жили трудно, не стал исключением и XX век. Ссылки, запрет публикаций, забвение при жизни.

 

И заново вглядываясь в зал, устраивая «сеанс разоблачения чёрной магии», Филиппенко удовлетворённо отмечал мгновения тишины, которая звенела после особо трагичных историй.

Александр Филиппенко в Филармонии Тольятти

 


 

 


Александр Филиппенко в Филармонии Тольятти

 

Отрывок из повести Сергея Довлатова «Зона»:

Наконец Владимир Ильич шагнул к микрофону. Несколько секунд он молчал. Затем его лицо озарилось светом исторического предвидения.

— Кто это?! — воскликнул Гурин. — Кто это?!

Из темноты глядели на вождя худые, бледные физиономии.

— Кто это? Чьи это счастливые юные лица? Чьи это весело блестящие глаза? Неужели это молодежь семидесятых?..

В голосе артиста зазвенели романтические нотки. Речь его была окрашена неподдельным волнением. Он жестикулировал. Его сильная, покрытая татуировкой кисть указывала в небо.

— Неужели это те, ради кого мы возводили баррикады? Неужели это славные внуки революции?..

Сначала неуверенно засмеялись в первом ряду. Через секунду хохотали все. В общем хоре слышался бас майора Амосова. Тонко вскрикивала Лебедева. Хлопал себя руками по бедрам Геша Чныхалов. Цуриков на сцене отклеил бородку и застенчиво положил ее возле телефона.

Владимир Ильич пытался говорить:

— Завидую вам, посланцы будущего! Это для вас зажигали мы первые огоньки новостроек! Это ради вас… Дослушайте же, псы! Осталось с гулькин хер!..

Зал ответил Гурину страшным неутихающим воем.

 


 

В Тольятти зал не выл, понял всё правильно. И завалил Филиппенко цветами. А он всё никак не мог уйти за кулисы и просил сфотографировать зрителей, чтобы осталась память об этом вечере.

Это главное — чтобы осталась память. Чтобы помнили…

Александр Филиппенко в Филармонии Тольятти

 


PS: Спасибо Александру Георгиевичу и Филармонии Тольятти за этот вечер.

 


Читайте также: